СУДЬБА ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ
как фактор национальной безопасности

Круглый стол с участием наших учёных в агентстве Regnum

В Федеральном информационном агентстве Regnum 30 ноября 2015 г. прошёл круглый стол «Спасение науки как важнейший фактор безопасности России». Не комментируя, приведу только несколько цитат. Так, создатель уникального Института белка РАН, академик Александр Спирин, характеризуя нынешнее состояние дел в отечественной науке, считает, что для выправления ситуации, «надо чтобы подрались. Тогда в разум, подразум войдёт. Наделано так сильно, что отмыть этот двор будет трудно». «Садовничий (ректор МГУ им. Ломоносова), Осипов (прежний президент РАН РФ. – Прим. В.Ш.) – приспособленцы. Они должны были держать позицию».

ИА Regnum

Академик Александр Некипелов, вице-президент РАН (2001−2013), директор Московской школы экономики МГУ, не думает, что «власть признает ошибку и скажет, что поступила опрометчиво, и надо вернуть дело к тому положению, которое было в начале так называемых реформ. Для власти с наименьшими издержками выйти из этого можно было бы, создав новую организацию по типу Академии наук, основанную на самоуправлении научного сообщества, с институтами, входящими в неё с соответствующим правом менять институциональную структуру. Отличие этой академии могло бы состоять в том, что не было бы особых прав у академиков и членов-корреспондентов на занятие тех или иных позиций».

Александр Некипелов

Директор Института США и Канады РАН, академик Сергей Рогов видит причину абсурдизации в российской науки в искажении роли государства.

«В развитых странах частный сектор тратит на НИОКР 3% ВВП, госрасходы нигде не превышают 1% ВВП. У нас частный сектор тратит на науку 0,3% ВВП. Мы оказываемся чуть ли не единственной страной, где больше двух третей финансирования в науке лежит на плечах государства. Если рынок невосприимчив к инновациям, не заинтересован, чтобы финансировать науку, то ситуацию у нас не исправить». Необходимо отказаться от разрекламированных проектов, вроде Сколково. Это не наука, а потемкинская деревня».

Сергей Рогов

«Разрушено единое научное сообщество, каждый институт сам по себе. При этом всех бомбардируют предписаниями и требованиями отчётов. Целые простыни таблиц заполняем. Кому нужны эти показатели: количество патентов, изобретений? (В институте США и Канады) какие могут быть патенты и изобретения? Как обругать американский империализм или как закрыть Америку? Это совершенно безумные критерии. В научном сообществе такое никому в голову не могло прийти. А для чиновника, бюрократа это классическая форма мышления. Построить всех в шеренгу и ранжировать, кому какие лычки раздать. Сейчас 2-й этап реформы науки: разрушение научных коллективов. Возникло двоевластие. Теперь директор института – администратор, менеджер. Он за всё отвечает, но не может руководить. А научный руководитель может руководить, но ни за что не отвечает. У него нет права подписи».

«В ведении ФАНО (Федеральное агентство научных организаций. Занимается вопросами недвижимости и материального обеспечения исследований. – Прим. В.Ш.) тысячи институтов. Ни у одного министерства нет столько подопечных. Чтобы всеми управлять, начинают объединять их. Как? Как пол с потолком. Будут разрушать научные школы. Если восторжествует бухгалтерский подход, когда у нас в институте будут подсчитывать, сколько раз обругали Обаму, разрушится научная школа, утратится смысл исследований».

Роберт Нигматулин, директор Института океанологии РАН видит причину разрушения науки в России в корневой специфике государства:

«Какое у нас государство? По Конституции, социальное…. Но у нас государство чиновничье-олигархическое. Природа нашего государства такова. С большим уважением отношусь к Президенту, к его внешне-политическим высказываниям, как он ведёт дискуссию… (Но) вера в добрые намерения царя у нас избыточна в силу того, что природа нашего государства чиновничья… Люди в ФАНО и в минобраз подобраны так, чтобы те сокращали затраты на науку, медицину… Это их основная цель. Ливанов (министр образования - В.Ш.) так отобран, он политику свою изменить не сможет. И всё же признаюсь, что на деле в общей иерархии Академии наук и ФАНО оказалось, что ФАНО лучше. Вопросы флота оно решило лучше».

Роберт Нигматулин

«Костьми учёные не лягут. Когда директор академического института что-то говорит, то смотрит, как это отразится на его коллективе… В науке не революционеры и не герои. У учёных другая функция».

«Интеллектуальный уровень Академии наук упал… Мне говорят: не все кандидаты могут стать докторами наук. Но позвольте, бессмысленно, если ты вошёл в науку и через 10 лет не стал доктором наук. Понижение напряжения в науке порождает снижение её уровня».

«Пока не изменится природа государства, в науке ничего не изменится: каждый будет спасать свой огород. Чиновничьему государству наука не нужна. Нужна только видимость. А вот России, Отечеству она нужна».

Роберт Нигматулин

«С 2012-2013 гг. у нас почти нет контрактов с хозяйствующими субъектами. Кроме сдачи в аренду турфирмам двух исследовательских судов: «Мстислав Келдыш» с легендарными глубоководными «Мирами» и «Штокман», которые нас и спасают. На содержание каждого из них уходит 5 млн руб. в месяц. И так я плачу 9,5 месяцев. До помощи ФАНО я платил за их простой 11,5 месяцев. В моём бюджете на их содержание хватит только на неделю в год. И это несмотря на то что есть резолюция Путина. До 2012-2013 г. мы проводили экологические исследования для некоторых фирм, в основном, нефтегазовых. В море мы были 2,5 месяца. А должны ходить круглый год. На исследования (без зарплат сотрудников) уходит миллион в день. Это кажется много. А на деле те же Швеция, Германия, Южная Корея, Китай уже внедряются в нашу Арктику».

«Уровень науки определяется не качеством организации, а количеством творческих людей, духом творчества».

Роберт Нигматулин

«После 1991 г. политику определяли люди, которые не знали ни нашей экономики, ни американской, ни европейской. В результате возникло странное экономическое создание – российский рынок: не мальчик, не девочка, не пойми что... Теперь преобладает бухгалтерский подход».

Роберт Нигматулин

«Готовьтесь работать в тяжёлых условиях: с сокращениями и объединениями. То есть мы должны ждать не как лучше, а как менее хуже сделать. Вот такая у нас планида».

ИА Regnum

Сопредседатель Сибирского отделения РАН академик РАН Александр Асеев предлагает находить точки соприкосновения вне государственных структур:

«Мы как учёные понимаем, что чиновничье-олигархический капитализм – объективное явление. Надо использовать его особенности. Надо максимально интенсифицировать работу с ведущими частными корпорациями. Студентам привожу пример, когда Ломоносов писал оды российской императрице и занимался разработкой технологии производства цветного стекла. А Менделеев занимался производством порохов и исследовал бакинские промыслы. Надо понять, что если мы не получим друзей среди олигархов, ситуация будет только ухудшаться. Есть цивилизованные олигархи. В конце концов есть экспертиза проектов для частных компаний…»

Александр Асеев

***

Участники круглого стола вспомнили роман Ф. Кафки «Процесс» (1925). По сюжету, некоего К., банковского служащего, прилежного, честного и дисциплинированного, начали обвинять в том, чего он никогда не совершал. В результате дело дошло до того, что все вокруг оказались убеждены в его виновности и его в полуобморочном состоянии со всей учтивостью и чудовищной неумолимостью казнили, всадив и провернув нож в сердце. Теперь важен сам конвейер-процесс, технология, некая трамвайная машинерия инструкций и циркуляров, а не человек. Нет больше места индивидуальной судьбе, чувствам, свободному дыханию и творчеству.

Александр Спирин
Сравнение вклада в науку
ИА Regnum

Внимательно слушал Виктор Шергин


О других людях

«Свидетель трёх эпох: Александр Каптаренко»

«Встреча в Нескучном саду (субкультура хипстеров стремится к здоровому образу жизни)»


Также о делах в науке

«Наука и развлечения: на полях Фестиваля науки-2015»