КУЛЬТУРНЫЕ ТРАДИЦИИ
у китов и дельфинов

Ольга Александровна Филатова, доктор биологических наук, МГУ им. М.В. Ломоносова

Всё ли в поведении животных обусловлено рефлексами? Конечно, такое предположение мы строим относительно высших позвоночных, млекопитающих. Есть формы поведения, закрепленные в течение жизни особи внутри одной семьи или клана. Животные общаются не записанным когда-то в их генах набором сигналов, но с помощью комплекса осознанных звуков и телодвижений, о которых они договорились в течение именно свой жизни или получили от своих родителей.

Да и сама организация внутри семьи очень напоминает социализацию среди людей. Наблюдения за китами и дельфинами позволяет лучше понять формирование человеческого языка и общества. Всё дело в том, что культура – это прежде всего общение, обмен информацией и настроением. Мы воспроизвели в тексте часть выступления учёного биолога на Фестивале науки в МГУ перед широкой московской публикой. В сказанном было мало сложных рассуждений и неизвестных терминов, но по сути всё оказалось содержательно и интересно.

Лекция Ольги Филатовой

...Интересно посмотреть, как косатки в Южном полушарии, близ Новой Зеландии, охотятся на хвостоколообразных скатов – опасных морских животных. Их шипы с ядом способны убить даже такое крупное животное, как косатку. Не говоря уже о людях. косатка переворачивает хвостокола на спину. У ската так устроен мозг, что он после переворачивания теряет ориентацию и впадает в некое сомнамбулическое состояние. После этого косатка может съесть ската.

А вот исландские косатки, в Северном полушарии, специализируются на питании сельдью. Казалось, для кита-косатки сельдь слишком маленькая добыча. Но ценность сельди для косатки в том, что она очень жирная и ходит большими стаями. Чтобы не гоняться за такой рыбой, косатки придумали способ собирать её вместе глушить. Они плавают вокруг стаи кругами, уплотняя её, а потом мощными ударами хвостом глушат её. Примечательно, что только исландские косатки перед этим особенным образом кричат. Очевидно, крик слышит сельдь. От него она впадает в панику и ещё плотнее сбивается в косяк.

Перед атакой

У тихоокеанских косаток появилась новая тактика охоты. Они следуют за рыболовецкими судами. Люди сначала стравливают сеть с крюками в море, а через некоторое время поднимают её. В момент подъёма сети косатки слышат звук работающей лебёдки и, даже находясь за несколько десятков километров, буквально бегом сбегаются к месту, где поднимают сеть. В этом месте у людей срывается много рыбы. косатки подбирают её или снимают непосредственно с крюков. Охотятся они на палтуса и треску. Есть и косатки-гурманы. В Охотском море косатки, например, снимают только палтуса, считая треску невкусной.

Перед атакой

Рыбоядные и плотоядные

В северной части Тихого океана есть специализированная группа косаток, которая питается разным типом добычи и обладают своими способами охоты.

Прежде всего упомянем, что есть рыбоядные (резидентные) и плотоядные (транзитные) косатки. косаток также распределяют на береговые и офшорные типы. Последних видели охотящимися на акул. Тип питания влияет на их поведение и социальную структуру. Различны и звуки, которые они издают. Отличаются они и внешне. У рыбоядных серповидный плавник и на седле есть зарубки, у плотоядных – треугольный плавник и гладкое седло. Рыбоядные ходят большими группами и много кричат. Рыба тупая, и если она слышит крики косаток, не может сообразить, куда ей эвакуироваться.

Добыча плотоядных косаток – тюлени и киты – такая же умная, как хищники. В охоте на них нужна хитрая тактика и оправдана охота малыми группами. косатки в такой охоте молчат. Из-за этого различны социальные группы косаток. У рыбоядных дочери и сыновья остаются с родителями. И так до 4-х поколений. После 40 лет косатки перестают размножаться. Самка-матриарх может жить до 80-90 лет. Её основной функций становится сохранение культурных традиций семьи. К тому же она помогает дочерям заботиться об их детях. И каким-то образом очень сильно влияет на выживаемость своих сыновей.

Замечено, что для косатки-дочери смерть матери не так критична, как для сына. Видимо, когда самка умирает, образуются новые группы по числу её дочерей. Те становятся матриархами новых групп. Сыновья могут остаться с сёстрами, если те им позволят. Но в любом случае на них смерть матери сказывается не очень хорошо.

Лекция Ольги Филатовой

Спаривание происходит между разным родами-группами. Они сближаются, расходятся и могут больше никогда не встретиться. Если мы встретим стаю с несколькими самками, самцами и детёнышем, то он не будет ребёнком ни одного из имеющихся самцов.

У плотоядных косаток всё по-другому. С возрастом они могут объединяться в группу. Обычно при самке остаётся старший сын. Остальные самцы уходят. Дочь может на некоторое время покинуть мать, потом вернуться, чтобы мать ей помогла воспитывать детёныша. А когда тот подрастёт, тоже уходит, насовсем. Чтобы образовать свою материнскую линию. И те и другие косатки обитают в одних районах океана, но при этом они никогда не общаются друг с другом и не скрещиваются.

Основа единства – культура

Наблюдение за косатками подвигло нас к мысли, что их жизнь, объединение и социализация основаны на культурных традициях. Идентификация особей происходит не по тактике охоты, а по звукам, которые они все издают. Для учёных это обстоятельство удобно. Наблюдать за косатками, следуя за ними, сложно. Зато достаточно опустить в воду гидрофон и регистрировать их переговоры и песни. Причём поют не только косатки, но и другие киты. Иногда самки, подходящие к самцам. Интересно, что их песни из года в год меняются. Самцы одной популяции поют одну и ту же песню. На следующий год она немного меняется, и через несколько лет песня самцов становится совершенно неузнаваемой. При этом происходит усвоение новаций, которые самцы вносят в исполняемое. Как-то наблюдали, когда среди самцов восточно-европейской популяции появился самец с западно-австралийской песней, и все местные самцы тут же эту песню подхватили. А потом оказалось, что для китов того региона характерен перенос песенных традиций с запада на восток.

Культурные традиций наблюдаются и у кашалотов. За кальмарами они ныряют на большую глубину. Проходит около часа. Потом когда они выныривают на поверхность, им нужно как-то собраться. Они издают для этого особые щелчки: отдельные или серии с определённым ритмом.

У косаток локальные культурные традиции представлены в виде сложной системы диалектов. У каждой семьи складывается своя система сигналов. Звуки родственных семей похожи. Но небольшие акустические отличия позволяют им идентифицировать себя как отдельную семью. Семьи с одинаковыми диалектами объединяются в племена. Семьи с одинаковыми сигнальными системами составляют кланы. Например, близ Камчатки обитают три клана косаток. Есть также группа, которую мы не поняли, к какому клану её отнести.

Песни китов-горбачей

Различия между кланами можно уловить даже человеческим слухом. Сигналы у косаток достаточно богаты: они различаются по протяжённости, высоте, частоте и ритму. Эти сигналы можно даже распределить на группы, которые обладают своими функциями – особым смысловым содержанием. Есть низкие монофонические по звучанию дистантные сигналы вроде нашего «Ау!» Это близкодистантные контактные сигналы. Бифонические звуки - дальнедистантные позывные маркеры семьи, племени, клана.

В воде нередко плохо видно, и косатки теряют друг друга из вида на расстоянии 15-20 м. Полифонические звуки громче. Их косатки используют для идентификации при определении своего / чужого. Это своего рода акустический паспорт каждой особи. Обнаружилось, что разнообразие идентификационных позывных зависит от размера популяции.

Раньше считалось, что изменение сигналов у косаток связано с накоплением случайных ошибок при их исполнении. Вроде того, как детёныш сначала не совсем точно повторяет за матерью, а потом своё исполнение переносит своим детям, у которых также возникают свои особенности при исполнении сигналов. Но потом выяснилось, что всё обстоит не совсем так. Всё сложнее и интереснее. Кроме случайных ошибок, в сигнальном языке есть и сознательные новации, действует также стабилизирующий отбор, когда в увеличивающейся популяции отбрасываются лишние «призвуки» с тем, чтобы быстрее опознавать друг друга. Наблюдается также заимствование звуков у близких им семей. Это так называемый горизонтальный перенос сигналов. Киты постоянно учатся друг у друга новым сигналам и песням.

Общение в воде и на суше

По результатам идентичных исследований приматов и китообразных видно, что у них очень похожи модели поведения. В частности, эти животные широко применяют новации, которые придумали сородичи. Так же как у шимпанзе одна из особей додумалась перед едой полоскать в воде банан, предварительно сбитый ею палкой, так и у косаток кто-то впервые догадался глушить рыбу хвостом. И те и другие демонстрируют способность к точному повторению нового. И у китов / дельфинов, и у обезьян происходит также горизонтальный перенос опыта.

При этом новации у высших млекопитающих хорошо закрепляются и используются всей семьёй, родом. Ещё одно из проявлений их культурных традиций проявляется в обучении детёнышей. У обезьян самка учит детёныша пользоваться камнем для разбивания ореха, у косаток мать помогает детям развернуться к морю после выброса на берег.

Лекция Ольги Филатовой

Кумулятивный характер культуры

Культурные традиции человека и животных отличаются тем, что у первых они носят кумулятивный характер: одна стадия развития обусловлена предыдущей. Например, чтобы научиться использовать лук и стрелы, необходимо изобрести инструменты и разработать действия по их изготовлению. Новации и навыки основываются на основе ранее усвоенных.

У животных новации носят локальный и единичный характер. Но у приматов и косаток наблюдаются некие культурные традиции, когда одно действие чётко обусловлено серией других. И эти действия могут передаваться из поколения в поколение.

Шимпанзе пользуются травинками для добыванию муравьёв и заостряют палки. косатки кричат и бьют хвостом, что само по себе было бы бессмысленно, если бы эти действия не выполнялись последовательно в тактике охоты за сельдью.

Или вспомним, как волки охотятся на домашних собак, сидящих в будке. Один волк тянет собаку за цепь, другой волк сидит на будке. Когда собака оказывается вытянутой наружу, второй волк набрасывается на неё сверху.


Материал подготовил Виктор Шергин. Статья не является научной публикацией и носит ознакомительный характер. Подзаголовки Виктора Шергина.
Использованы репродукции слайдов из презентации Ольги Филатовой

Читайте другие статьи о Фестивале науки 2015 г.:

«Сколько просвещения на Фестивале науки?»

«Нейронаука за спиной искусственного интеллекта: почему наш разум не может быть выгружен на внешние носители?»

«Вода и соль: происхождение жизни, здоровье и болезни»

«Обыкновенное чудо генетики»

«Судьба писателя как текст: Достоевский vs Толстой»